Епископальный священник ходил в очках с золотой оправой и был моложе отца Риордана. Очень добросовестный.

— Сию секунду, — улыбнулась я обоим.

Умея читать их мысли, я знала, что оба они — по-настоящему хорошие люди, и оттого мне было приятно. А то как-то огорчительно узнать, что у служителя Божьего в голове бывает: не только он не лучше тебя, но и даже не пытается быть лучше.

Поскольку на улице уже совсем стемнело, приход Билла Комптона меня не удивил, чего нельзя сказать про священников. Церквям Америки пришлось иметь дело с реальностью, в которой существуют вампиры. Сказать, что такая реальность их смутила, — значит ничего не сказать. Католическая церковь как раз сейчас собирала собор, чтобы решить: прокляты вампиры навсегда и для католиков они — анафема, или же принять их в свою паству как потенциальных обращенных. Епископальная церковь проголосовала против вампиров-священнослужителей, хотя разрешила им принимать причастие, но значительная часть мирян заявила, что это уж только через их труп. К несчастью, многие из них не понимали, насколько это легко будет реализовать.

Оба священника с неудовольствием смотрели, как Билл чмокнул меня в щеку перед тем, как занять свой любимый столик. Он на них даже и не посмотрел, а тут же развернул газету и стал читать. Вид у него всегда бывал серьезный, как будто он читает финансовые страницы или сообщения из Ирака, но я знала, что он сначала читает советы читателям, а потом комиксы — хотя не всегда понимает в них юмор.

Билл был один — приятно для разнообразия. Обычно он приводит с собой прекрасную Селу Памфри, а я ее на дух не выношу. Поскольку Билл был моей первой любовью и моим первым любовником, может, я никогда до конца от него не избавлюсь — а может быть, он того и не хочет. Кажется, он Селу притаскивает в «Мерлотт» каждый раз, как они встречаются. Я так думала, что он мне ее в морду тычет. А никто ведь не будет такого делать, если ему на самом деле все равно, правда ведь?